Ежова пишет:возрождние веры (что уже происходит) и имперских взглядов.
Идея «возрождения веры» предполагает принятие православия как национальной идеологии. Православие на роль национальной идеологии не годится совершенно. Я уже объяснял, почему. Христианская религия — что католическое, что православное её течение — рассматривает земную жизнь как прелюдию к жизни загробной. Мало того — даёт установку, что всё самое важное произойдёт с человеком после смерти, а в земной жизни ему следует терпеть и мучиться — «спаситель терпел, и нам велел». Для нации такая идеология — медленное и позорное самоубийство. Нация на государственном уровне не может терпеть и подчиняться насилию, иначе её задавят и сожрут более сильные и агрессивные соседи.
В России православие было полноценной национальной идеологией очень непродолжительное время. Иван III и Василий III занимались собиранием земель, им некогда было носиться с религией. Иван IV боролся с боярством и ковал русскую нацию — ему тоже было не до религии. Пётр I проводил радикальные государственные преобразования, в которых церковь с её религиозной архаикой только мешала. Поэтому он назначил себя главой церкви вместо патриарха и «встроил» её в административный аппарат — не отменить, так хоть подчинить. Цивилизованное общество стремится жить по текущим законам, соответствующим времени, а не зацикливаться на древних сказках в переводе с перевода пересказа (см. Синодальный Новый Завет).
При всех выше перечисленных правителях православие служило инструментом политического влияния (тех самых «имперских взглядов»), но не было национальной идеологией. Стало таковой оно лишь в 1834 году, когда министр народного просвещения граф Уваров выдвинул идею «православие, самодержавие, народность». Что же произошло с «перводержавной Русью православной» после рокового «поворота к вере»? Поражение в Крымской войне. Повсеместная сдача позиций. Поражение в Русско-японской войне. Поражение в Первой мировой войне и падение империи. И в течение всего этого исторического периода — нарастание социальной напряжённости, приведшее к взрыву и катастрофическим последствиям. Всё в строгом соответствии с самоубийственной идеологией. Недаром царя Николая II, прощёлкавшего две войны да три революции и погубившего вверенную ему богом державу, новые поборники веры попытались забрить в сан великомученика.
Российская империя в начале прошлого века шла тем же путём, каким идёт нынешняя демократическая Россия. Только роль нефти и газа тогда исполнял лес. Куда привёл этот путь — хорошо известно. Идеологии сейчас нет никакой, хотя, чтобы ускорить процесс падения, можно приняться и за «возрождение веры», конечно. Но даже на пути медленного самоубийства православие неспособно «сплотить» народонаселение. Мусульманин примет православную идеологию? А атеист? А какой-нибудь адепт Ктулху?
У православия в том виде, в каком оно существует сейчас, нет будущего. К примеру, ислам — религия бодрая и активно продвигаемая, её приверженцы яростно плодятся. Это, кстати, не значит, что ислам лучше православия как идеология, ничуть. Или вот разномастные свидетели иеговы и прочие адвентисты седьмого дня — успешные коммерческие проекты, эффективно использующие методы манипуляции сознанием. А что мы видим со стороны РПЦ? Жалкое блеянье по телевизору и попытки пропихнуть в школу предмет ОПК, — никакого, ни малейшего представления о том, как надо работать с населением и чем его завлекать. Даже не касаясь вопроса возведения православия в ранг национальной идеологии, о каком возрождении веры можно говорить, когда посещение и пиаримость РПЦ всецело зависит от того, ходят ли Президент с премьером в храм, свечку держать, или не ходят, — решительно непонятно.